"Siemens" microwave devices for disinfection of clothes in the labor camps of the Third Reich

The 1936 Berlin Olympic Games were the first event in history which were transmitted live on TV. The powerful radio transmitters built for this had a frequency spectrum that was rather broad, so a minor amount of its energy was emitted in the frequency range now known as microwaves. When this transmitter was operated, it was found that insects present in the transmitter’s room had died. Further investigation revealed that radiation in the microwave spectrum quickly heats water to such a degree that living creatures exposed to it would quickly be burned or boiled to death. This included not only insects, but also microbes. Thus, it quickly became apparent that this could be a highly effective, efficient and rapid method not only for disinfestation (against vermin), but also for disinfection (against germs).

When the war broke out in 1939, the importance of pest control, particularly for soldiers at the front, was once more accentuated, since infectious diseases were the second greatest cause of casualties among German soldiers. Hence, the Siemens Company, which had manufactured the TV transmitters, set out to develop a microwave device to kill pests, with a primary focus on killing lice as the carriers of epidemic typhus. The aim was to overcome the long exposure times and frequent ineffectiveness of older methods, such as hot air or toxic gasses, and to find a way of killing not just the insects, their eggs and larvae, but also the dangerous microbes they carried.

Together with the Reich Biology Institute in Berlin-Dahlem, two subsidiaries of Siemens were involved in the development of the first microwave device the world has ever seen. When the device was demonstrated to civilian and military authorities at the beginning of the war, achieving not only a great throughput in a very short treatment time, but also absolute certainty in killing off lice, nits and microbes, the interest of the Reichsführung of the SS – Himmler’s office – was aroused. His personnel and material support greatly facilitated the further development of microwave devices.

Initially, these facilities were supposed to be used for front-line troops, for which purpose they were mounted onto a trailer. Ultimately, however, a stationary model was given preference. To operate the device, only a 380-Volt outlet or an electric generator with that output was needed, as well as some water to moisten the items to be treated (which were not allowed to contain any metal objects).

While the conservative Heer (army) was reluctant to order these new devices, the SS was very enthusiastic and ordered an initial five devices. After the first mobile version, which was deployed in Lublin, had demonstrated phenomenal efficiency and effectiveness in 1943, five more stationary devices were ordered.

The first camp to obtain a stationary microwave disinfestation device was Auschwitz. Its delivery had been promised for May 1943, hence the construction of some of the initially planned delousing facilities using other techniques was shelved. However, the delivery was repeatedly delayed due to problems with the development, not the least because the Siemens factories in Berlin had been bombed by Allied planes. As a result, epidemic control at the Auschwitz Camp was compromised, costing the lives of many inmates in 1943 and 1944.

The first microwave device, a mobile unit, was delivered and put into operation in early 1944 at the Birkenau Camp. A second, stationary device was installed in the reception building of the Auschwitz Main Camp a few months later and became operational in June 1944. Together with the first deliveries of the insecticide DDT to the Auschwitz Camp in April 1944, this revolutionarily effective new technology heralded the end of the need for Zyklon B and its associated fumigation gas chambers.

Adjusted for inflation, the stationary microwave delousing facility cost some two million U.S. dollars (value as of 2023). Interestingly, instead of utilizing this new technology at the eastern front to protect the lives of German soldiers, Germany’s wartime leaders decided to use it in Auschwitz to protect the lives of the inmates, most of whom were Jews. When it came to protecting lives threatened by infectious disease, the Germans gave priority to the Auschwitz prisoners. Since they were working in the Silesian war industries, their lives were evidently considered comparably important to the lives of German soldiers on the battlefield.

(For details, see Weber 1999; Rudolf 2019, pp. 311-317.)

«Моссад» сотрудничал с нацистами и укрывал их

Эмблема Моссада

Израильская разведывательная служба сотрудничала с нацистами начиная с конца 1940-х годов и, по крайне мере, до середины 1970-х. Тогдашние работники «Моссада» до сих пор отказываются говорить на эту тему.

Факты сотрудничества израильской разведки с бывшими высокопоставленными офицерами СС получили огласку в последние годы. В первую очередь, это произошло благодаря тому, что в 1998-99 годах Сенат и Конгресс США обязали ЦРУ рассекретить документы, касающиеся связей американских спецслужб с бывшими нацистами. В начале 2000-х Лэнгли передало в Национальный архив соответствующие материалы, общим объемом около 250.000 страниц.

Эти документы свидетельствуют, что израильские шпионы, как и их американские коллеги, не только тесно взаимодействовали с нацистами, но и укрывали их от преследования. И если спецслужбы США стремились воспользоваться знаниями и агентурными наработками нацистов в конфронтации с СССР, то «Моссад» интересовали их связи в арабских странах.

Еще одна лохокостная "Анна Франк": на этот раз не с дневником, а с... компасом

Подлог века: Разоблачена очередная "жертва холокоста" 

Новость от мировых новостных агенств (Reuters. 02.29.2008 ).

Обложка книги на французком.
Опус подан как "документ". 

Миша Дефонсека, автор популярной книги о холокосте, переведённой на 18 языков мира и в том числе и русский, только что была разоблачена. Книга "Среди Волков" (в английском варианте "Миша, мемуары времён Холокоста" «Surviving with Wolves» и «Misha, a Memoir of the Holocaust Years»), которую она написала про себя, рассказывает о судьбе еврейской девочки во время войны в Европе, прячущейся в лесах после того, как её родителей убили нацисты.

Она была маленькой еврейской девочкой, живущей с мамой и папой в маленькой квартирке в Бельгии. Когда ей было 7 лет, их забрали нацисты. В попытке сохранить ей жизнь, ее спрятали в другой семье и дали новое имя. Но она скучала по своим родителям. И сбежала, в попытке их найти. За 4 года, следуя указаниям маленького компаса, она обошла пешком всю Европу, приспосабливаясь к голоду, холоду и смертям окружающим ее. В конце-концов, пройдя по Европе 3000 (три тысячи) километров, она нашла пристанище у волков и жила с ними на равных. Так же она рассказывает о том, как попала в Варшавское гетто, где она описывает случай когда она зарезала немецкого солдата после того, как тот изнасиловал и застрелил молодую девушку у неё на глазах.

Зачем писать про холокост в учебниках по русской истории?

Президент Всероссийского фонда образования Сергей Комков считает, что пересмотр истории в угоду "политкорректности" может привести к непредсказуемым последствиям …

"Поскольку к холокосту напрямую ни руководство Советского Союза, ни кто бы то ни было из политических деятелей нашей страны не имел никакого отношения, а "объектом" этого явления была только часть населения нашей страны, то есть еврейство, то мы вправе в своих учебниках истории указывать или не указывать этот факт. Если мы говорим о мировой истории, об истории Европы, об истории Второй мировой войны, то там указывать это явление можно и нужно. Если же мы говорим об истории России, то эту тему вообще необязательно поднимать. Тем более, что тема холокоста в свое время была довольно искусственно поднята, и мы знаем причину раздувания этой темы. Она связана, в первую очередь, с созданием государства Израиль и с целым рядом других факторов, то есть с ближневосточной эпопеей", - заявил "Русской линии" президент Всероссийского фонда образования, доктор философских и педагогических наук, профессор Сергей Комков, комментируя обвинения в антисемитизме со стороны еврейской общественности в адрес авторов учебников по истории России.

Кто в теремочке живет?

В Израиле, как известно, можно встретить самые разные квартиры. Есть дорогие. Есть очень дорогие. Есть роскошные и безумно дорогие. Но самой дорогой квартирой (подчеркну, квартирой, а не домом!) в Израиле, безусловно, является пентхауз, расположенный на 28-м этаже знаменитого "дома Акирова" в Тель-Авиве. Занимает этот пентхауз весь этаж, его общая площадь составляет 400 кв. м, а его стоимость оценивается в 50 млн. долларов, то есть в 10 раз больше, чем другие квартиры в доме Акирова. Даже видавшие виды люди, переступив порог этой квартиры, поражаются ее ослепительной роскоши. 

И это, безусловно, имеет под собой почву, ибо каждый квадратный метр этой квартиры представляет собой настоящее произведение искусства, и именно так все и было задумано самым высокооплачиваемым израильским дизайнером и архитектором Одедом Халафом. Кстати, до недавнего времени интерьер данного пентхауза можно было посмотреть на интернет-сайте Халафа по адресу http://www.odedhalaf.com, однако на днях он (по причинам, которые станут понятны ниже) убрал фотографии своего шедевра.

Итак, разумеется, полы в этой квартире вымощены сделанными по специальному заказу мраморных плитками, каждая из которых сама по себе является произведением искусства. В квартире нет ни одной случайной детали и никаких подделок – только оригиналы. Раковины в ванных комнатах не кажутся вам золотыми – они и в самом деле сделаны из чистого золота, как, впрочем, и ножки у огромного стеклянного стола, стоящего в одной из гостиных, рядом с баром, сделанным... нет, не из орехового дерева, а из КОРНЯ ОРЕХОВОГО ДЕРЕВА, который стоит намного дороже. Картины на стенах и выстроившиеся вдоль нее скульптуры знаменитых мастеров прошлого (и настоящего тоже, разумеется), - самые что ни на есть подлинные. Огромный электронный экран на стенах по мановению руки превращается то в гигантский аквариум, то в тропический лес, то в среднерусскйй пейзаж. И оборудование, и специально разработанная программа этого электронного чуда обошлись хозяину квартиры всего в 100 тысяч долларов.

«Новый еврейский вопрос» или конец Гийома Фая

Юрген Граф

Введение 

Весной 2005 года я узнал, что редакция русского журнала неоязыческого направления «Атеней» пригласила в Россию одного из властителей умов французских правых националистов Гийома Фая, чтобы обсудить перспективы сотрудничества в рамках общеевропейского движения за самобытность. Эта новость меня обрадовала. К тому времени я прочел две книги Г.Фая — «Археофутуризм» (изд. Энкр, 1998) и «Колонизацию Европы» (изд. Энкр, 2000), фундаментальное исследование катастрофических последствий наплыва инородцев. Чтение этих произведений убедило меня в том, что Г.Фай — выдающийся политический аналитик и талантливый писатель. Поэтому я очень хотел познакомиться с ним лично.

Г.Фай прибыл в Москву в мае 2005 года в сопровождении двух соотечественников. Как я и ожидал, он оказался интересным собеседником, обладающим энциклопедическими знаниями о французской политике вообще и о различных националистических течениях в частности. Во время этого визита Г.Фай провел две пресс-конференции, одну в Москве, другую в Санкт-Петербурге, но я не смог на них присутствовать. В тот момент русские, которые пригласили Г.Фая, намечали его на роль руководителя Международной ассоциации борьбы за самобытность белых народов, но они быстро поняли, что его серьезные личные недостатки делают его непригодным для этой роли, на которую сам Г.Фай, кстати, не претендовал, он всегда довольствовался ролью «идеолога».

Жорж Тей: Освободить мир от лжи

Жорж Тей (Georges Theil) — гражданин Франции, родился 1 августа 1940 г. в Юсселе. После изучения литературы и различных наук занимал руководящие посты в финансовой, инвестиционной и техническо-коммерческой областях. Публикация тезисов инженера Анри Рока о «признаниях Курта Герштейна» и последующее «дело Рока» в 1986 году стали для Жоржа Тея новым сигналом, которым было отмечено подлинное начало его участия в ревизионистской деятельности.

В 2002 году под псевдонимом Жильбер Дюбрей он написал рассказ о своем жизненном пути под названием «Случай неповиновения. Как становятся ревизионистом». На эту книгу в Лимузене была подана жалоба, и Жорж Тей подвергся преследованию. Приговор суда в Пиможе был очень суров: 6 месяцев тюремного заключения, 30 000 евро штрафа (плюс оплата дополнительных издержек, что составило в сумме около 10 000 евро) в порядке возмещения ущерба подателю иска. Месяцем позже, в октябре 2004 года, г-н Тей дал интервью журналисту местной телевизионной станции (ТВ 8 Монблан) о том, как его преследовали за выше­упомянутую книгу, и привел главные аргументы о «невозможности функционирования и существования так называемых установок для массовых убийств в лагерях, на­ходившихся под немецким контролем с 1941 по 1945 год». Через полтора дня эта беседа была передана по телевидению, и прокуратура снова обвинила г-на Тея в нарушении закона Гессо. И опять приговор суда, утвержденный Лионским кассационным судом, был очень суров: 6 месяцев тюремного заключения, 10 000 евро штрафа, значительная сумма (40 000 евро), которую надлежало уплатить девяти ассоциациям и обязательная публикация этого приговора в одной местной и одной национальной газете — это еще около 8000 евро.

О пересмотре количества жертв концлагеря Майданек

Юрген Граф

Примечание к русскому переводу

В начале XXI века наметилась неприятная тенденция: ортодоксальные историки холокоста получили заказ на пересмотр количества жертв, погибших в концлагерях во время Второй мировой войны. Списание жертв идет исключительно за счет русских, поляков и других народов. Количество жертв среди евреев остается неизменным. Факты наглой фальсификации нечистоплотных историков раскрывает в данной статье ревизионист с мировым именем Юрген Граф [ред. сайта «Велесова Слобода»].

В конце 2005 года, в 23-ем номере журнала Zeszyty Majdanka («Тетради Майданека») руководитель исследовательского отдела мемориала Майданек Томаш Кранц (Tomasz Kranz) опубликовал статью «Регистрация смертных случаев и смертность среди заключенных концлагеря Люблин», в которой он оценил количество погибших в лагере Люблин/Майданек в 78000 человек, что само по себе можно сравнить с решительным пересмотром доселе имевшихся данных^[1]. Для того, чтобы осознать масштабы этого пересмотра, рассмотрим сначала количество жертв, которое для лагеря Майданек было заявлено польской историографией в прошлом.

Пропагандист холокоста Ицхак Арад обвинён в массовых убийствах литовцев в годы Второй мировой войны

"Чудом выживший" Ицхак Арад (Yitzhak Arad). 

81-летнего израильтянина Ицхака Арада (Рудницкий), в прошлом директора Центра пропаганды Холокоста "Яд ва-шем" готовы судить на территории Литвы по обвинению в том, что в годы Второй мировой войны он, будучи  членом одной из еврейских лесных банд, принимал участие в массовых убийствах граждан Литвы.

В 1941 году 15-летний Ицхак Рудницкий с сестрой попали в гетто. Через два года в 1943 году Ицхак вместе с несколькими бандитами убежал оттуда и вошел в одну из еврейских банд, орудовавших в белорусских лесах. В ее составе он участвовал в кровавых карательных операциях против литовцев. 

О наказуемости «отрицания геноцида»

        Юрген Граф

Данная статья впервые появилась в швейцарском журнале «Цайтгайст» (январь 2007)

(перевод с немецкого А.Иванова)

1. Юридическая основа процессов ревизионистов в Швейцарии

В противоположность старой федеральной Конституции Швейцарии новая, вступившая в силу в 1999 году четко гарантирует свободу мнений и информации. Это явствует из следующих статей:

- Статья 16, пункт 1. Гарантирована свобода мнений и информации.

- Статья 16, пункт 2. Каждый человек имеет право свободно получать информацию, добывать ее из общедоступных источников и распространять.

- Статья 17, пункт 2. Цензура запрещена.

- Статья 20, пункт 2. Гарантирована свобода преподавания и исследований.

Нетрудно заметить, что уголовное преследование людей за их политические и исторические взгляды, не сопровождаемые призывами к насилию, не согласуются с этими статьями. Следовательно, все приговоры, вынесенные ранее на основе «антирасистского закона», должны были бы утратить силу сразу же после вступления в силу новой Конституции. Как известно, этого не произошло, наоборот, и после 1999 года было много процессов по обвинению в «расовой дискриминации», из которых самым громким был процесс публициста Гастона-Армана Амодрюза, которому тогда было 79 лет. В апреле 2000 года Амодрюз был приговорен в Лозанне к году лишения свободы без отсрочки; позже апелляционный суд сократил этот срок до трех месяцев, и Амодрюз, которому к тому времени исполнился 81 год, отсидел его полностью.